Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Кот Бегемот

Восточные славяне накануне государственности

Друзья, моя книга Восточные славяне накануне государственности ждёт Вас во всех основных книготорговых сетях и книжных магазинах и очень хочет быть прочитанной. Книга представляет собой итоги моей работы за последние годы и в ней рассматривается ряд ключевых проблем истории древних славян и Руси с первых веков н.э. до монгольского нашествия: славяно-готские войны, расселение славян в Восточной Европе, социальная организация славян, история ряда известных из летописей славянских этнополитических союзов (волынян, кривичей, радимичей и т.д.), происхождение русов и локализация Русского каганата, призвание варягов, реформы княгини Ольги и формирование единой социально-политической структуры от Среднего Поднепровья до Новгородчины, формирование древнерусских городских вечевых республик и многое другое.



Купить книгу в "Лабиринте"

Купить книгу в "Озоне"

Купить книгу в My-shop

Купить книгу в Московском Доме книги

Купить книгу в "Читай-городе"

Купить книгу в "Буквоеде"
Кот Бегемот

Заметки об учёных

Мои статьи, посвящённые конкретным историкам, их концепциям, месту в истории науки и научному наследию

Работы Дмитрия Тарасовича Березовца и проблема локализации Русского каганата // Исторический формат. 2018. № 3-4. С. 176-245

Выдающийся русский историк Андрей Николаевич Сахаров // Исторический формат. 2019. № 1. С. 9-12

Сергей Николаевич Азбелев - выдающийся исследователь русского летописания и фольклора // Исторический формат. 2017. № 3-4. С. 11-31

Валентин Васильевич Седов. Страницы жизни и творчества славянского подвижника. Часть 2. Проблема славянского этногенеза в работах В.В. Седова // Русин. 2013. № 1 (31). С. 106-135

Валентин Васильевич Седов. Страницы жизни и творчества славянского подвижника. Часть 1. Проблема славянского расселения в Восточной Европе и становления древнерусской народности в работах В.В. Седова // Русин. 2012. № 4 (30). С. 131-165

Проблема происхождения древнерусских городов в работах И.Я. Фроянова в контексте отечественной историографии // Изменяющаяся Россия в контексте глобализации: Материалы студенческо-аспирантского конгресса. СПб., 2007. С. 5-7
Кот Бегемот

День бересты

26 июля 1951 года, 69 лет назад Новгородской археологической экспедицией А.В. Арциховского в Великом Новгороде была открыта первая берестяная грамота. Благодаря уникальным особенностям новгородской почвы, культурный слой этого города хорошо сохранил дерево и к настоящему моменту в Новгороде найдено более тысячи ста берестяных грамот (для сравнения: во всех остальных древнерусских городах в их совокупности найдено всего более сони грамот, то есть в одиннадцать раз меньше, т.к. дерево плохо сохраняется и очень мало изделий из него доходит до археологов) самого разного содержания: от учётно-контрольных и фискальных документов до любовных записок и детских упражнений в письме. Берестяные грамоты оживили для нас древних новгородцев и позволили заглянуть во внутренний мир средневекового русского города.

Берестяные грамоты дали очень важный материал для понимания общих закономерностей распространения письма на Руси и возможности сопоставления этого процесса с распространением письменности в других стадиально близких древних обществах. Письменность появляется в стратифицированных обществах для нужд хозяйственного учёта. Именно так появилась письменность, к примеру, в Египте, Шумере и Микенской Греции. Для хозяйственных нужд, когда началось формирование больших государственных и храмовых хозяйств. И только на следующем этапе возникают другие жанры письменной культуры, письменность начинает использоваться для абстрактных целей, появляется художественная литература и исторические нарративы. Этим же объясняется быстрое распространение письма на бересте в Новгороде - нуждами хозяйственного и налогового учёта (преимущественное их назначение - разного рода хозяйственно-экономическая переписка и учёт). Но постепенно берестяная письменность начала расширять свои функции, охватывать все стороны жизни горожан и использоваться в самых разных общественных и личных целях.


Кот Бегемот

Недобросовестная "критика"

Некоторые недобросовестные граждане, которые пытаются бросить тень на доброе имя Андрея Николаевича Сахарова (1930-2019), блестящего медиевиста, «обвиняют» известного покойного историка в том, что он будто бы «поддерживал Евгения Понасенкова». Разберём этот вопрос по пунктам.

(1) «Е.Н. Понасенков участвовал в конференциях, организованных А.Н. Сахаровым». Участвовал, и что? Там ещё сто человек участвовало с самыми разными взглядами и концепциями, т.к. в рамках нормального научного этоса конференция, она на то и конференция, что там слово дают разным людям, представляющим разные концепции. Из этого никак не следует, что организатор конференции разделяет взгляды или «поддерживает» какого-то конкретного её участника (да и как можно одновременно «поддерживать» сто человек с разными взглядами-?!), точно также как издатель или редактор журнала (сборника) может совершенно не разделять взгляды тех, кого он публикует («позиция редакции может не совпадать с мнением авторов»). Это базовые совершенно вещи.

(2) «А.Н. Сахаров является рецензентом книги Е.Н. Понасенкова». А является ли? Два историка, указанных в качестве рецензентов книги «Первая научная история войны 1812 года» (Н.Ю. Шведова и А.А. Васильев) написали письменные заявления, что они рецензентами книги не являются и просто что-то обсуждали с Е.Н. Понасенковым, из-за чего «на автомате» были записаны им в рецензенты. Это вообще сейчас довольно распространённая практика, когда историк А обсуждает с историком Б свою работу и на этом основании «автоматом» записывает его в рецензенты (и все к этому привыкли, потому скандалы по этому поводу бывают редко, но в личном общении я не раз слышал от старших коллег как их записывали «рецензентами» без спроса просто по принципу «ну у нас же хорошие отношения и мы ведь что-то обсуждали»). Поэтому пока не предъявлено подписанного А.Н. Сахаровым согласия быть рецензентом книги Е.Н. Понасенкова, мы не знаем, был ли он её реальным рецензентом или просто «на автомате» попал в таковые из-за того, что беседовал с автором.

(3) «Есть ролик, где А.Н. Сахаров с благодарностью принимает книгу Е.Н. Понасенкова и обещает прочитать». И что? В рамках нормального научного этоса историку положено читать все значимые работы по интересующим его темам (а книга Е.Н. Понасенкова как бы к нему ни относиться, является значимым событием, иначе её бы столько не обсуждали), в т.ч. и работы оппонентов (хотя в реальности хватает тех, кто работы оппонентов не читает или замалчивает) и по возможности поддерживать нормальные уважительные отношения со всеми коллегами, независимо от научных разногласий с ними (в реальности это, увы, сплошь и рядом не так и на научных оппонентов зачастую смотрят как на личных врагов, так что честь и хвала, тем, кто выше этого).

Если обратиться к работам самого А.Н. Сахарова по началу XIX века, то легко убедиться, что у него совершенно другая концепция и взглядов Е.Н. Понасенкова он не разделяет (с симпатией относится к Александру I, никакого «наполеонофильства» у него нет и т.д.). Строго говоря, мы вообще не знаем, читал ли он реально труды Е.Н. Понасенкова или старый историк просто проявлял вежливость, обещая сделать это. При этом А.Н. Сахаров, скорее всего, в интернетах не сидел и о «чудачествах» Е.Н. Понасенкова не знал ровным счётом ничего, тем более, что когда надо Е.Н. Понасенков умеет быть самой вежливостью. Для него это был просто «молодой нестандартно мыслящий историк». Так, в общем, Е.Н. Понасенков в некотором роде такой и есть. Он отнюдь не бездарен, наоборот, он весьма талантлив и у него есть все предпосылки (умение собирать и обрабатывать большие массивы данных, аналитические способности) к тому, чтобы стать большим оригинальным историком. Вот только... по каким-то причинам он не хочет им становиться, предпочитая эпатировать публику, и делает всё возможное и невозможное, чтобы им не стать и чтобы его наработки не имели шанса войти в научное поле. Собрав большой материал и выдвинув (или развив) ряд оригинальных положений, Понасенков подал всё это в нарочито неакадемичном, нарочито гротескном, нарочито отталкивающем и карикатурном виде. И если бы сейчас Андрей Николаевич был жив и реально проработал бы книгу Е.Н. Понасенкова, мы не знаем, как бы он её воспринял и что он бы о ней сказал. И совсем не факт, что она бы ему понравилась. Поэтому не надо фантазировать на эту тему и полоскать всуе честное имя заслуженного учёного. Читайте работы самого А.Н. Сахарова, он отвечает только за них.
Кот Бегемот

Княгиня Ольга - первый реформатор Руси

Сегодня день памяти княгини Ольги, выдающейся женщины правительницы Руси, деятельности которой посвящена моя большая работа

Восточнославянский политогенез и реформы княгини Ольги // Исторический формат. 2017. № 3-4. С. 175-234


§ 1. Первый этап восточнославянского политогенеза. Формирование этнополитических союзов
§ 2. Второй этап восточнославянского политогенеза. Формирование объединений из нескольких славиний
§ 3. Третий этап восточнославянского политогенеза. Формирование в Среднем Поднепровье поляно-варяжской политии и объединение славиний Восточной Европы вокруг Киева
§ 4. Реформы княгини Ольги. Создание системы погостов
4.1. Понимание учёными погостов как центров торговли и административного управления
4.2. Понимание учёными погостов как центров феодального властвования и финансово-административных округов
4.3. Дискуссия И.Я. Фроянова и М.Б. Свердлова о реформах Ольги, погостах и становищах
4.4. Территориальный охват реформ Ольги
4.5. Выводы
§ 5. Реформы Ольги и древнерусское градообразование


В статье рассматриваются процессы восточнославянского политогенеза VI-X вв., кульминацией которых станут проведённые в середине X века княгиней Ольгой административные и социально-политические реформы. Расселившиеся на Восточно-Европейской равнине славяне в своём общественно-политическом развитии последовательно прошли несколько стадий, для каждой из которых был характерен больший территориальный размах и более сложный уровень интеграции: (1) Формирование этнополитических союзов или славиний (древляне, кривичи, словене и т.д.); (2) Формирование таких политий, которые объединяли в своём составе несколько этнополитических союзов во главе с одной лидирующей славинией (подобные «суперсоюзы» были созданы, в частности, волынянами, древлянами и словенами); (3) Формирование в Среднем Поднепровье поляно-варяжской политии и создание ею путём завоеваний в конце IX – первой половине X в. «конфедерации» славиний, охватившей большую часть восточнославянских этнополитических союзов. Противоречивый характер данной «конфедерации» или «суперсоюза» (стремление Киева к усилению контроля с одной стороны и стремление славиний к восстановлению полной независимости с другой) вылился в серьёзный кризис: древляне убивают киевского князя Игоря и заявляют о собственных претензиях на лидерство в Восточной Европе. После победы над древлянами вдова Игоря, Ольга, осуществляет масштабную реформу формирующегося Древнерусского государства, направленную на его централизацию, создавая в качестве противовеса древним местным политическим центрам сеть киевских опорных пунктов (становищ и погостов). Начатое Ольгой наступление на самостоятельность славиний заложило базу для формирования политически единого (пусть и относительно) Древнерусского государства и сложения древнерусской народности.
Кот Бегемот

Выдающийся русский историк Андрей Николаевич Сахаров

Больше года, как нет с нами Андрея Николаевича Сахарова...

Андрей Николаевич Сахаров (1930-2019) - член-корреспондент РАН, с 1993 по 2010 г. директор Института Российской истории РАН. А.Н. Сахаров был выдающимся специалистом по истории Древней Руси, автором таких фундаментальных работ как "Русская деревня XVII в. (по материалам патриаршего хозяйства)" (М., 1966), "Дипломатия Древней Руси: IX – первая половина X вв." (М., 1980), "Дипломатия Святослава" (М., 1982, 1991), "Россия: Народ. Правители. Цивилизация" (М., 2004), "Русь на путях к Третьему Риму" (М., 2010), "Исторические обретения на рубеже XXI века: очерки" (М., 2011) и т.д.

Андрей Николаевич был человеком большого достоинства. Поскольку он занимал серьёзные административные посты и по многим ключевым историческим вопросам имел собственную позицию, зачастую расходившуюся с точкой зрения большинства, которую не боялся смело отстаивать, на него было много нападок от разной научной и околонаучной серятинки, подчас довольно грубых, но учёный никогда не опускался до того, чтобы на них реагировать.

Моё увлечение древнеславянской и древнерусской историей началось с прочитанной в детстве популярной книги А.Н. Сахарова «Мы от рода русского... Рождение русской дипломатии» (Л., 1986). Эта замечательная ярко написанная книга определила мою будущую профессию историка-слависта. Памяти Андрея Николаевича я посвятил свою книгу Славянский правитель Само и его «держава» (623-658). Источники, локализация, социально-политическая организация, историческое значение. СПб., 2019.


Выдающийся русский историк Андрей Николаевич Сахаров // Исторический формат. 2019. № 1. С. 9-12
Кот Бегемот

Вечный Сталин и вечный либерал

Социологические опросы регулярно показывают очень высокий процент россиян, одобряющих деятельность Сталина. Об одной из причин данного явления скажу несколько слов. Начну издалека. Недавно я пересматривал фильм Лунгина "Царь", посвящённый Ивану Грозному и поймал себя на том, что у нашей либеральной интеллигенции есть удивительное качество: даже снимая фильм о заведомом жестоком тиране и вроде бы этого тирана обличающий, "либеральный интеллигент" умудрится обязательно снять его так, что вместо того, чтобы ужаснуться и сказать "вот ужас то творился пр нём, только бы такого никогда не повторилось", у большинства зрителей возникнут обратные чувства - взять портрет Ивана Грозного и идти с ним на митинг. Почему?

Потому, что ключевая идея фильма не в том, что "Иван Грозный был жестоким тираном, правление которого в истории России было необычайным, мы должны это осознать и постараться такого не допустить в России впредь", а в том, что "в России всё дрянь. Народ дрянь, история дрянь, культура дрянь и Иван Грозный - это закономерный итог всей этой русской дряни". И какую реакцию должен у зрителя вызвать вот этот идейный посыл?


Collapse )
Кот Бегемот

"Растекаться мыслью по древу"

Интересно, что по происхождению данное популярное выражение является следствием старого ошибочного понимания одного места в "Слове о полку Игореве". Большинство специалистов считает, что там фигурирует никакая не "мысль", а "мысь", то есть мелкий пушной зверёк (белка? горностай?), что идеально вписывается в контекст фразы: "Вещий Боян летал сизым орлом под облаками, рыскал серым волком по земле, скакал белкой по древу" (а вовсе не "растекался мыслью по древу"). Но пусть выражение про "растекание мыслью по древу" и родилось вследствие ошибки, оно само по себе очень меткое и само по себе теперь стало достоянием русского языка)))
Кот Бегемот

О воле к борьбе

Очень мало тех, кто проиграл, реально сражаясь. Большинство проигравших проиграли потому, что заранее отказались от борьбы. И это относится как к отдельным людям, так и к целым странам. Если есть реальная воля к сопротивлению и к борьбе, то даже небольшая страна может отбиться от очень сильного противника (или как минимум на столько измотать его, чтобы получить приемлемые условия мира), примеров чему в истории немало. Если же воли к борьбе нет, то даже внешне сильное и большое государство легко и быстро может быть полностью разгромлено, примеров чему история тоже даёт немало. Так что либо вы реально боретесь, либо вы только делаете вид, а реально сдаётесь.
Кот Бегемот

О римлянах

"Не раз и не два Римское государство оказывалось в шаге от катастрофы. Когда Ганнибал одержал победу при Каннах, враги решили было, что с нами покончено. Поражение казалось неизбежным: наши лучшие армии были разбиты, наши союзники стали от нас отворачиваться, малодушные граждане уже помышляли о бегстве из Италии… Но мы всегда умели переломить ход событий в свою пользу. Мы просто до конца оставались верными долгу и не допускали страх в свои сердца. Если враг уничтожал наши армии – мы создавали новые, если враг захватывал наше оружие – мы выковывали другое, если враг брал нашу крепость – мы воздвигали ещё одну. Умирая, любой из нас знал, что пока останется в живых хотя бы один римлянин, он не сложит оружие и война будет продолжаться до полной победы над врагом".