?

Log in

No account? Create an account
5 май, 2010 @ 21:07 Проблема славянского заселения лесной зоны Восточной Европы в свете археологических данных
About this Entry
Минасян Р. С. Проблема славянского заселения лесной зоны Восточной Европы в свете археологических данных // Северная Русь и ее соседи в эпоху раннего средневековья. Л., 1982. С. 24-29:

Вот уже около 250 лет проблема славянской колонизации лесной зоны Восточной Европы привлекает к себе внимание отечественных и зарубежных специалистов. Тем не менее ни относительно времени появления славян на этой территории, ни относительно древностей, с которыми следует связывать это явление, у исследователей нет единого мнения. Появилось ли славянское население здесь из Польского Поморья или из Среднего Поднепровья? Участвовало ли в колонизационном процессе население зарубинецкой или так называемой постзарубинецкой, или черняховской, или тушемлинской, или роменско-боршевской археологических культур? Являются ли бесспорными раннеславянскими памятниками в лесной зоне зарубинецкие поселения и могильники, или деснинские и южнобелорусские памятники III-V вв., или верхнеднепровские поселения, могильники и городища V-VIII вв. круга Тайманово, Колочин, Тушемля, Акатово, или длинные курганы и сопки VI-VIII вв. – погребальные памятники северо-западных областей РСФСР и прилегающих к ним районов Прибалтики, или полусферические курганы с трупосожжением VIII-X вв.? Таков круг вопросов, обойти которые не может ни один исследователь, занимающийся историей железного века и раннего средневековья.
Ввиду отсутствия письменных свидетельств о времени начального этапа славянского заселения лесной зоны у нас, очевидно, есть только одна возможность прийти к однозначному решению данной проблемы. Необходимо выявить бесспорно элементы собственно славянской культуры и проследить их появление на этой территории.
При сборе, систематизации и картировании сельскохозяйственного и некоторых видов бытового инвентаря I тыс. н. э., найденного на территории Восточной Европы, и сравнении его с аналогичным европейским материалом автором было замечено, что в период VI-VII вв. на славянских памятниках Юго-Восточной и Восточной (в Молдавии и Правобережной Украине) Европы появляется специфический набор предметов (рисунок). 
 



Он состоит из наконечников пахотных орудий, серпов с отогнутой рукояткой так называемого древнерусского типа, жерновов от ручных мельниц, имеющих порхлицу, регулируемую цапфу и маховой шток, прикрепленный на периферии верхнего камня, маленьких втульчатых мотыжек-тесал, кос-горбуш, ножей с волютообразным навершием, ножей в кожаных ножнах с деревянной, круглой в сечении рукоятью и клинком, отделенным от черенка высокими асимметричными уступами, калачевидных кресал, ведерок с железными дужками и простыми железными или деревянными обручами, скрепляющими клепки, двушипных втульчатых наконечников стрел.
Важно иметь в виду, что перечисленные выше предметы не случайные вещи, а комплекс, который в отличие от иных с VI-VII вв. характеризует только славянскую культуру. Неразрывность комплекса хорошо подтверждается совстречаемостью отдельных его элементов на одних и тех же памятниках.
Происхождение славянского хозяйственно-бытового комплекса является темой, заслуживающей особого внимания. Предварительно можно сказать, что истоки его формирования различны и в культурном, и в хронологическом отношении. Часть вещей, очевидно, бытовала у славян и до VI-VII в., другая часть, видимо, попала к славянам посредством контакта с кочевым населением. Что касается серпов с отогнутой рукояткой, мельниц описанной выше конструкции, бондарных изделий и, видимо, пахотных орудий с металлическими наконечниками, то здесь ощущается влияние культуры населения, проживающего на территории Подунавья. После дунайских походов VI-VII вв. славянский хозяйственно-бытовой комплекс в рамках рассмотренного выше окончательно формируется и разносится славянами в процессе их расселения в Европе. С VIII в. этот комплекс появляется уже и на Левобережной Украине и только где-то во второй половине VIII в. или в IX в. (точную дату еще предстоит выяснить) – на северных территориях Древнерусского государства.
Вновь появившийся в лесной зоне хозяйственно-бытовой комплекс не имеет генетических корней в инвентаре местного населения. Его инородность очевидна. Поскольку в период VI-VIII вв. он был характерен только для славянских памятников Юго-Восточной, Западной и Восточной (в лесостепной зоне) Европы, мы можем утверждать, что появление этого комплекса в лесной зоне связано с появлением здесь славянского населения. Появившиеся славяне, сравнительно с аборигенами, были носителями более высокой земледельческой культуры, а также владели иными приемами изготовления некоторых видов бытовых предметов.
Земледельческий характер славянской колонизации не вызывает сомнения. Об этом свидетельствуют как находки железных наконечников пахотных орудий и серпов развитых форм, так и семена злаков и сорных растений, которые характерны для старопахотных почв, обнаруженных в нижних слоях древнерусских городов. Более того, в последней четверти I тыс. н. э. появляются поселения, расположенные не на легких песчаных почвах, как это было прежде, а на тяжелых суглинистых и глинистых, которые хорошо увлажнены и наиболее благоприятны для пашенного земледелия. Все древнерусские города в лесной зоне стояли именно на таких почвах.
Таким образом, появление древнерусских городов и городской культуры нельзя рассматривать как заключительный этап эволюции местных памятников, как это обычно считается, ибо и материалы, и топография их расположения свидетельствуют о том, что город – это явление иного порядка. Основой хозяйства вновь появившегося славянского населения было пашенное земледелие, и именно это население приняло непосредственное участие в формировании культуры древнерусского города.
Местные орудия еще бытуют, но постепенно вытесняются славянским хозяйственно-бытовым комплексом, аборигенное население начинает втягиваться в экономическую и культурную орбиту Древнерусского государства.
Вопрос о том, проживало ли славянское население в лесной зоне до VIII-IX вв., еще требует своего решения. Дело в том, что появление славянского хозяйственно-бытового комплекса еще не является доказательством в пользу позднего прихода славян на эту территорию, поскольку волна экспансии VIII-IX вв. могла распространиться и среди славянского же населения, которое находилось на другом уровне культурного развития. Поэтому некоторые виды погребальных памятников и поселений предшествующего времени могут быть также славянскими.

Позаимствовано здесь: http://aquilaaquilonis.livejournal.com/111461.html